Ирина Гуляева о стихах Фофанова

Знатоки подходят близко к правильному ответу.

Отвечает Александр Мосягин: Давайте предположим, что у Константина Романова больше не было никаких других книг. И он читал Фофанова (пауза) А книг у него не было потому, что он был, допустим, в путешествии.

Крюк гыгыкает над формулировкой «был вынужден читать одну книгу, потому что других не было», а после интересуется версиями в зале, в первую очередь – Любинской, ибо вопрос лежал на столе в прошлой игре. Та солидарна с ответом Мосягина. Галачян предполагает, что «Фофанов» – псевдоним Романова. Козлов задумывается о карантине.

Правильный ответ: Что же могло заставить великого князя сидеть с томиком стихов? Что могло происходить в тот момент? Великий князь Константин Романов позировал художнику Илье Репину. Видите, у него книга в руках. И он вынужден был читать Фофанова.

Ведущий интересуется у стоящего в зале Дмитрия Филиппова: чего тот брови насупил? Вопрос не понял? Знаток говорит, что просто не успел рассмотреть вынесенный портрет, который Бакалов и правда особо по сторонам не показал. Крюк велит распорядителю показать портрет специально Филиппову, что тот и делает, заодно показав его и на другую сторону, где стоит Филиппов Юрий.

Далее Крюк интересуется у стоящих в зале знатоков: хотят ли они, чтобы тройки сегодня выиграли и состоялся финал? Все отвечают утвердительно. С Друзём даже состоится диалог:

• А Вы как считаете: хорошо бы, чтобы был финал?
• Хорошо бы, чтобы они сегодня выиграли, потому что я на их победу поставил стольник.
• Вы не радостно так говорите.
• Я поспорил, что они сегодня выиграют.
• Ну, хорошо, я знаю, что Вы очень меркантильный (все гогочут) Но это не столь важно.